Жизнь как драматургия. К 85-летию со дня рождения Эдуарда Володарского
3 февраля исполняется 85 лет со дня рождения выдающегося советского и российского драматурга, киносценариста Эдуарда Володарского. По его сценариям были сняты легендарные отечественные фильмы, такие как «Свой среди чужих, чужой среди своих» (с Юрием Богатыревым), «Проверка на дорогах» (с Роланом Быковым) и «Мой друг Иван Лапшин» (с Андреем Мироновым). В его фильмографии также значатся известные сериалы: «Жизнь и судьба», «Страсти по Чапаю», «Последний бой майора Пугачева», «Русский перевод», «Вольф Мессинг: Видевший сквозь время» и многие другие. В честь юбилея Эдуарда Володарского мы рассказываем о его удивительной жизни и судьбе.
Смотрите программу «Наше кино. История большой любви» 3 февраля в 6:40 на телеканале «МИР», а также культовые фильмы, снятые по сценариям Эдуарда Володарского, — «Свой среди чужих, чужой среди своих» 5 февраля в 6:55 и 6 февраля сразу после полуночи и «Страсти по Чапаю» 7 февраля в 14:30.
Фото: ТАСС/Евзерихин Эммануил / послевоенное Замоскворечье
Детство в эвакуации и тяжелая рука отчима
Будущий знаменитый драматург Эдуард Володарский родился в Харькове накануне Великой Отечественной войны. Своего отца, Якова Исааковича Володарского, мальчик не помнил. Уроженец Харькова, еврей по национальности, он был призван на фронт в июне 1941 года, когда сыну исполнилось всего четыре месяца. Яков Исаакович служил сержантом-радиотелеграфистом и был награжден орденом Красной Звезды, орденом Отечественной войны II степени и медалью «За боевые заслуги». С фронта отец так и не вернулся.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ
«Свой среди чужих, чужой среди своих»: как Никита Михалков снимал «красный вестерн»
#ВЕСТЕРН
«Свой среди чужих, чужой среди своих»: как Никита Михалков снимал «красный вестерн»
11:26, 11/11/2022
Мать Эдуарда, Мария Яковлевна Бригова, была русской, родом из орловских крестьян. Ее родители жили под Орлом. В начале войны, чтобы спасти сына от неминуемой гибели в оккупированном немцами Харькове (семья еврея не выжила бы), Мария Яковлевна была эвакуирована в Актюбинск (Казахская ССР). Там она работала оперуполномоченной районного НКВД, в её обязанности входило, в частности, выявление дезертиров. В конце войны Мария Яковлевна повторно вышла замуж за майора НКВД, с которым познакомилась на службе. Это был человек простой и грубоватый.
В 1947 году отчима командировали для дальнейшей службы в Москву. Семья последовала за ним и поселилась в Старомонетном переулке в Замоскворечье. Отчим недолюбливал пасынка, называя его «жиденком», что часто приводило к ссорам в семье. По воспоминаниям драматурга, мать не терпела такого отношения. Однажды, когда отчим отвесил мальчику затрещину, Мария Яковлевна так сильно ударила его скалкой по голове, что тот упал и очнулся не сразу. После этого инцидента мать отправила сына на несколько лет к тетке в деревню, подальше от отчима. Когда Эдуард вернулся, в семье уже подрастала его младшая сестренка.
Фото: Кадр из х/ф «Свой среди чужих, чужой среди своих», киностудия «Мосфильм». Первое творческое объединение, реж. Никита Михалков, 1974 год / снятого по сценарию Володарского
«Я был отъявленной шпаной»
Будущий драматург рос типичным «пацаном из Замоскворечья». Его юность была полна уличных драк, «дележа территорий» и вечно сбитых в кровь кулаков. Однажды он даже отсидел пятнадцать суток в тюрьме по хулиганскому делу.
«Там шпана была тяжелая, – вспоминал впоследствии драматург. – Но учился я в школе, где учились дети из Дома правительства, потому что Дом на набережной стоял рядом. Я, когда мусорное ведро выносил, всегда с помойки видел тот вид Кремля, который был на старых сотенных купюрах, — Москва-река, Кремлевская стена и башня. Наверняка художник именно с этой помойки, распивая спиртное, нарисовал эту сторублевку».
В биографиях Эдуарда Володарского часто упоминается, что этот период его жизни лёг в основу автобиографичного сценария фильма «Прощай, шпана замоскворецкая…». Однако реальность была куда суровее, чем показано в кино. По воспоминаниям Марка Йоффе, друга детства писателя, будущему драматургу доставалось не только во дворе, но и в собственной семье.
Марк Йоффе
друг детства писателя
«Эдик был не грозой Полянки, а последним изгоем во дворе. Он мог бы смело сказать вслед за Горьким: «В детстве у меня не было детства». И правда. Что-то среднее между детством Горького и Федора Сологуба. Он был мелкий, худой, голодный, какой-то зеленый с лица. Его били все: и семья, и двор. Кличка среди местных антисемитов у него была не грозный «Эдюля», а «Зяма». Иначе его и не называли. Во дворе он допускал серьезные промахи: обидят – бежал жаловаться к матери. А та выходила и давала затрещины обидчикам. Двор этого не прощает. Дома и того хуже. Мать, женщина малокультурная и нервная, могла его обругать последними словами и врезать по любому поводу. Отчим, деревенский куркуль, к тому же то ли майор, то ли подполковник госбезопасности, его ненавидел. Тем более, рядом подрастала родная дочь».
Эдуарда чуть не исключили из школы «за пьянку».
«Мы в химкабинете весь спирт выпили, – рассказывал он. – Я водку начал пить в 14, а курить в 13. Я вообще был отъявленной шпаной».
Откуда черпал свои сюжеты Володарский?
Зато еще в школе Эдуард начал писать стихи и рассказы. Будущий драматург вспоминал, что в Замоскворечье, на Пятницкой, располагалось множество пивных. Их посетителями были в основном бывшие фронтовики, многие из которых имели ранения, а порой и тяжелые увечья. Замоскворецких мальчишек, и Эдуарда в том числе, тянуло туда как магнитом. Главное было — не привлекать к себе внимания, чтобы не прогнали. Эдик часами сидел там, впитывая страшные воспоминания этих людей. Многие истории, услышанные в той пивной, впоследствии легли в основу его повестей и рассказов, а затем помогли создать сценарии культовых фильмов о войне.
Володарский обладал удивительной способностью расспрашивать людей, встречавшихся на его жизненном пути, об их прошлом, чувствах и потерях. Он много писал о войне, причем так правдиво и с такой болью, будто сам её пережил, будто сам когда-то шел в бой.
После окончания школы Эдуард отправился в армию. Однако положенный срок он не дослужил, будучи комиссованным из-за сотрясения мозга.
Вернувшись домой, он предпринял неудачную попытку поступить на геологический факультет МГУ. После провала уехал на Север в составе геологоразведочной экспедиции. Несколько лет Володарский работал буровиком на Приполярном Урале, Ямале и в Салехарде. Все это время он продолжал писать рассказы, как губка впитывая истории окружавших его людей. А на Севере, где жизнь круто замешана на трудных судьбах вахтовиков, буровиков и местных жителей, кого только не встретишь.
Фото: Кадр из х/ф «Страсти по Чапаю», FILM.UA, Централ Партнершип, Фаворит—фильм, реж. Сергей Щербин, 2013 год / снятого по сценарию Володарского
Учеба во ВГИКе и первый успех
И вновь судьба сделала удивительный поворот: в 1962 году Володарский решил отправить свои тетради на вступительный конкурс во ВГИК. И с первой же попытки он был зачислен на сценарный факультет.
В те времена во ВГИКе действовала система учебных творческих мастерских, где в каждой обучалось от пяти до двадцати студентов. Личность мастера, его профессиональный авторитет, стиль и педагогические приемы во многом определяли специфику образования.
Будущий драматург учился на курсе педагога Евгения Габриловича, который подбирал студентов точечно, индивидуально. Каждый из них был интересной личностью с богатой биографией. Однако, когда они все собрались вместе, это был, по воспоминаниям, «ужас». В общежитии ВГИКа постоянно вспыхивали драки и пьянки, и неизменно в них были замешаны студенты-сценаристы – ученики Габриловича.
Володарский вспоминал, как в 1965 году его чуть было не исключили из комсомола за драку с дружинником в гостинице «Интурист». В актовом зале ВГИКа тогда собрался полный зал, и будущий знаменитый актер, а тогда ещё студент Олег Видов, неожиданно выступил, заявив: «Вы что, с ума сошли? Это лучший ученик Габриловича, вы же ему судьбу поломаете!» После этого Володарского оставили в покое.
В 1968 году Эдуард успешно окончил институт. За год до этого он дебютировал в кино со сценарием к фильму «Шестое лето». Затем последовал сценарий короткометражки «Возвращение». А уже в 1970 году молодой драматург совместно со Станиславом Говорухиным создал картину «Белый взрыв», и о новом имени в кинематографе узнала вся страна.
Фото: ТАСС/Белинский Юрий
Фирменный стиль драматурга
Дальше последовала просто фантастическая история успеха. Редко кому удавалось быть настолько востребованным и высокооплачиваемым, как Володарскому. Не проходило и года, чтобы по его сценарию не снимался новый фильм. Фирменный стиль драматурга отличали острые фразы, пронзительные реплики и короткие, но отточенные диалоги. Однако случалось, что его сценарии не пропускала цензура.
Карен Шахназаров
режиссер
«Эдуард Яковлевич был человек неравнодушный, принципиальный, со своими взглядами, способный сказать свое мнение кому угодно, начальству», – говорил о нем режиссер Карен Шахназаров.
Драматург еще со времен ВГИКа привык работать очень много. Он создавал по 3-5 сценариев в год. Это была школа Габриловича, который приучил своих студентов писать по несколько страниц каждый день. В общей сложности (вместе с работами для ТВ) он создал сценарии для 80 фильмов.
Володарский черпал свои сюжеты отовсюду: работал с историческими источниками, ездил в архивы и библиотеки, чтобы узнать о героях-исторических личностях как можно больше и показать их настоящими, живыми. Часто он использовал и «раскручивал» истории, которые рассказывали друзья. В частности, драматург дружил с Владимиром Высоцким, который был великим рассказчиком.
«И почти каждая его история в той или иной степени могла лечь в основу киносценария», – вспоминал драматург.
А сценарий культового советского фильма «Проверки на дорогах» он и вовсе писал «под Высоцкого». Но режиссер Алексей Герман категорически воспротивился этой кандидатуре и выбрал для главной роли актера Ролана Быкова.
Киносценарии, которые легли в основу лучших отечественных фильмов – это только часть успеха. Володарский – еще и признанный театральный драматург. Первую же его пьесу «Долги наши», написанную в 1973 году, поставил во МХАТе Олег Ефремов, и вслед за ним – 129 театров Советского Союза. А ведь эту идею – превратить неудавшийся сценарий в пьесу – подсказал ему режиссер Андрей Кончаловский.
«Он мне сказал: Что ты разнылся? Возьми «Долги наши» и напиши пьесу. Посчитай слова в пьесе «Дядя Ваня», и чтобы у тебя было не больше. Я как идиот пришел домой и целый вечер считал слова и написал пьесу», – рассказывал драматург.
Фото: ТАСС/Соколов Дмитрий
«Доставал из сумки трешки и раздавал всем на радость»
Всего Володарский написал одиннадцать пьес, среди которых «За давностью лет», «Звезды для лейтенанта», «Западня» и другие. Спектакли по его произведениям ставились на сценах Театра имени Вахтангова, Театра имени Ермоловой, а также во множестве провинциальных театров. За всё это драматург получал солидные авторские отчисления. В 1970-е годы его ежемесячный заработок составлял порядка четырех тысяч рублей – по тем временам просто невиданные деньги! Для сравнения: средняя ставка инженера или учителя составляла 100-120 рублей в месяц, а зарплата в 200-250 рублей уже считалась высокой.
В те годы Володарский был, по сути, советским миллионером. Он приобрел квартиру, затем дачу. На своем дачном участке он даже помог построить дом другу Владимиру Высоцкому и его жене Марине Влади. Однако деньги в его руках не задерживались. Невероятные суммы он оставлял в ресторанах, где они с Владимиром Высоцким были постоянными гостями.
Николай Губенко
режиссер
«Он был очень щедрым, безвозмездно помогал людям. Когда Эдик получил свой первый гонорар, он сидел у гардероба Института кинематографии, доставал из сумки трешки и раздавал всем на радость», – вспоминал режиссер Николай Губенко.
Сам драматург вспоминал, что в тот период невероятно много пил, мог выпить до четырех бутылок коньяка в день. И собутыльники, конечно, находились во множестве. Гулянки и попойки, которые они устраивали с Владимиром Высоцким, были масштабными, и на них спускались такие суммы, что иногда не хватало даже гигантских доходов сценариста.
Тогда Володарский «требовал свое»: приезжал в общество охраны авторских прав, просил поднять реестр и тщательно проверял количество городов, где шли спектакли по его пьесам, а также отчисления от этих постановок. В итоге он выбивал из бухгалтерии еще тысячу-полторы рублей.
Девяностые годы и начало XXI века стали временем, когда многие успешные кинематографисты оказались невостребованными. Но только не Володарский! Перестройка вывела на поверхность множество фильмов по сценариям драматурга, которые ранее были забракованы советской цензурой. Она также позволила сценаристу переключиться с биографий революционеров на сценарии о Петре Столыпине и Вольфе Мессинге. В XXI веке фильмография Володарского пополнилась многочисленными сериалами и такими знаковыми картинами, как «Мы из будущего», «Обитаемый остров» и «Утомленные солнцем – 2: цитадель».
Драматург продолжал писать до последних дней своей жизни. Его творчество настолько вплелось в историю кино, что теперь «золотой период» отечественного кинематографа навсегда будет ассоциироваться с именем Эдуарда Володарского.