Мелодия, которую каждый россиянин с детства узнает с первых нот, оказалась на Спасской башне совсем недавно. А сами часы за 500 лет сменили несколько «характеров» — от астрономического чуда до неловкого исполнения австрийской песенки.
Самое удивительное, что первые часы в резиденции московских князей не имели ни циферблата, ни стрелок. При Василии Дмитриевиче (сыне Дмитрия Донского) время отмеряла фигура человека, которая каждый час била молотом в колокол. Это был механический предок всех будущих кремлевских курантов — и жил он больше чем за сто лет до появления Спасской башни.
Когда в 1491 году на Фроловской (будущей Спасской) башне появились первые часы, летописцы почему-то не сочли нужным их описать. Первое упоминание встречается только через сто лет. Известно лишь, что часы весили 960 кг и стояли не одни — аналогичные механизмы работали на Тайницкой и Троицкой башнях.
Когда конструкция пришла в негодность, ее продали в Ярославль… как металлолом. Цена вопроса — 48 рублей.
Вот это были действительно часы-легенда. Английский мастер Христофор Головей с русскими помощниками сотворил нечто немыслимое:
Часы умели отличать день от ночи. В день солнцестояния они били дневную мелодию 17 раз, а ночную — 7. Зимой соотношение менялось.
Иностранцы, видевшие это чудо, называли его не иначе как «Диво мира». Увы, в 1626 году пожар уничтожил уникальный механизм.
Петр, переводивший страну на европейский 12-часовой цикл, заказал часы в Голландии. На этот раз — обычные, с классическим циферблатом. Они отбивали часы, четверти и даже пытались играть мелодии.
Но голландский механизм постоянно ломался. Пришлось держать при башне бригаду иностранных часовщиков. После пожара 1737 года часы разрушились, и их никто не спешил восстанавливать — столица переехала в Петербург, и Москва оказалась не у дел.
Екатерина, несмотря на жизнь в Петербурге, о Москве не забывала. Приказала установить новые часы, которые годами пылились в Грановитой палате. Механизм работал сносно, но случился конфуз:
В 1770 году куранты неожиданно заиграли веселую австрийскую песенку «Ах, мой милый Августин».
Скандал разразился жуткий — на главной башне Кремля звучала немецкая уличная мелодия! Часы не демонтировали, но музыку убрали.
В 1812 году в куранты попал снаряд, но часовщик Яков Лебедев их восстановил. А к 1815 году механизм полностью модернизировали: появился черный циферблат с арабскими цифрами, а мелодиями стали духовный гимн «Коль славен наш Господь в Сионе» и преображенский марш. Так часы играли вплоть до революции.
После революции 1917 года в механизм попал снаряд — часы встали. Ленин распорядился восстановить, но часовая компания запросила золото. Цена оказалась неподъемной.
На помощь пришел обычный слесарь Николай Беренс — его отец до революции обслуживал куранты. Он починил механизм практически за спасибо. Теперь в полдень часы играли «Интернационал», а в полночь — «Вы жертвою пали…».
В 1932 году Сталин распорядился об очередной модернизации. В 1974 году часы останавливали на 100 дней — устанавливали электронное управление. И наконец в 1999 году куранты заиграли современный гимн России.
Те самые 6-секундные музыкальные фрагменты, которые заставляют замирать всю страну в новогоднюю ночь. Путь от бьющего молотом механического человека до электронного управления занял пять веков. А легендарная мелодия, которую «знает каждый с детства», появилась на Спасской башне… меньше четверти века назад.