Пушкин настоящий и нейросетевой
Если немного перефразировать известную колкость Анны Ахматовой о 8 Марта, то можно сказать, что Пушкинский день России придумали люди, неспособные по-настоящему любить Александра Сергеевича. Как можно вспоминать о Пушкине один раз в году (ну, максимум пять — родился, женился, написал «Евгения Онегина», издал «Евгения Онегина», погиб на дуэли) — подумали мы и продолжили в связи с датой переноса столицы России из Москвы в Петербург в 1712 году эксперименты с написанием «поздних стихов Пушкина» с помощью ИИ.

А все начиналось пару недель назад, когда на сайте Mk.ru была опубликована сочиненная нейросетью фейковая биография Александра Сергеевича, который в альтернативной Вселенной пережил ранение, полученное на Черной речке, кардинально изменил жизнь, отойдя от светского общества, решил финансовые проблемы за счет журнала «Современник» и, дожив до седин (что вполне могло случиться, по мнению настоящих пушкинистов, скажем, Виктора Кушниренко из Молдавии), стал мэтром литературы и наставником пишущей молодежи.
Публикация вызвала горячие отклики в Сети в духе «нейросеть разбушевалась» — читатели саркастически спрашивали, не написала ли нейронка «стихи позднего Пушкина». Поэтому по случаю некруглой даты переноса Петром I столицы мы запросили «стихотворение Пушкина 1872 года, посвященное празднованию по указу Александра II двухсотлетия императора-реформатора».
Наберите в легкие побольше воздуха! Читаем:
О, Петр! Два века минуло с тех пор,
Как ты, державный, Русь вознес над бездной.
Твой взор провидческий — сквозь мрак и спор —
Наметил путь, великий и железный.
Ты бурю поднял над Невой седой,
Чтоб град возник как символ новой славы;
Ты смелым жестом — властною рукой —
Открыл окно в Европу для державы.
Ты знал: не в роскоши — в труде и в деле
Родится мощь, что век не сокрушить.
От верфи до науки, от метели
До дальних гаваней — ты велел жить,
Расти, крепчать, смотреть вперед бесстрашно,
Не кланяться судьбе, а править властно…
Далее нейросетевой Пушкин умудрился в «звоне юбилейном» узреть его витающий дух «над Невской гладью». И сравнил память о нем с «дубом вековым» (вспомнилась цитатка из «Операции «Ы»: «Дуб, как слышно, как слышишь меня?») — придя к выводу, что благородный царь завещал потомкам быть смелыми и свободными.
Что ж — получился типичный «продукт поэзиясодержащий, с ароматом "стихи"». Когда в 2024 году мы предложили искусственному интеллекту написать стихи «позднего Маяковского», все было намного хуже — машина быстро учится, но пока что даже завалящего графомана, не говоря уже о гениях русской поэзии, заменить она неспособна.
Выдыхаем, друзья. И читаем — с благоговением и благодарностью — Пушкина, Тютчева, Ахматову, Пастернака, Бориса Слуцкого, Дениса Новикова, Александра Кушнера, Олега Чухонцева — потому что времени осталось совсем немного. В 2029 году, согласно хронологии «Терминатора», мы будем прятаться от умных машин в руинах городских кварталов.
В случае с Пушкиным, о котором вспомнить мы постараемся до 6 июня хотя бы еще раз, совершенно однозначно стоит перечитать поэмы «Медный всадник» и «Полтава». Из прозы — обязательно роман «Арап Петра Великого» и незавершенную «Историю Петра I».
И да — сравните нейронного Пушкина с настоящим, буквы и слова те же, но первая буква убивает, а через вторую Дух животворит:
…Отсель грозить мы будем шведу,
Здесь будет город заложён
Назло надменному соседу.
Природой здесь нам суждено
В Европу прорубить окно,
Ногою твердой стать при море.
Сюда по новым им волнам
Все флаги в гости будут к нам,
И запируем на просторе.
Прошло сто лет, и юный град,
Полнощных стран краса и диво,
Из тьмы лесов, из топи блат
Вознесся пышно, горделиво…
Эх, сейчас бы махнуть в Питер и грозить с невского берега через залив финнам и шведам, а не вот это всё...