Михаил Горбачев для большинства советских людей был олицетворением гласности и перестройки — человеком, чья биография казалась открытой книгой. Но в этой книге был заклеен целый раздел. Политик, который призывал к прозрачности, сам предпочитал помалкивать о своем прошлом. Вплоть до того, что в СССР почти никто не знал... его настоящего имени.
Начнем с анкеты. Когда в 1952 году Михаил Горбачев вступал в партию, он заполнил строку «социальное положение» одним словом: «из рабочих». Звучало надежно и идеологически выверено. Вот только правдой это не было. Горбачев родился в семье крестьян, что для члена КПСС было не комплиментом, а социальным клеймом. Современники утверждают, что подсказали такой ход умные люди из райкома. Карьерный расчет взял верх над фактами, положив начало целой череде замалчиваний.
Главная мина была заложена в разделе о семье. Деды Михаила Сергеевича были «врагами народа». Андрей Моисеевич Горбачев (по отцу) и Пантелей Ефимович Гопкало (по матери) стали жертвами сталинских репрессий. Одного сослали за «невыполнение плана» на два года, другого заподозрили в «троцкизме».
В Советском Союзе, где «родословная» играла роль пропуска во власть, иметь таких родственников было смерти подобно. Появляться с ними на свет означало перечеркнуть собственную карьеру. Поэтому будущий президент СССР, уже будучи наверху, делал вид, что этих людей не существовало. Современные историки (Леонид Млечин, Дмитрий Волкогонов) считают, что Горбачев банально «утаил» эти факты, заполняя анкеты, а в своих мемуарах деликатно именовал их «крестьянами».
Но самая курьезная тайна всплыла лишь в конце 2010-х годов. Оказывается, человек, перевернувший мир, чуть не стал ходить с совершенно другим именем. Мать назвала его Виктором. Это имя символизировало победу, и родители действительно связывали его рождение с победой коллективизации.
В семье мальчика официально звали именно Виктор Сергеевич, и на свет он появился под этим именем. Но когда через пару недель младенца понесли крестить — а на юге России, в Ставрополье, с религией в 1931 году было строго, но традиции соблюдали, — дед Андрей Моисеевич взял ситуацию в свои руки. Следуя святцам, он решил, что «Виктор» это неправильно, и нарек внука Михаилом. Сам Горбачев позже в интервью признавался, что дед «не ошибся», так как Виктор это «всего лишь победитель», а Михаил на иврите означает «равный Богу».
Почему же эти факты не знал ни один советский человек? Ответ прост: тотальный контроль над информацией. Показывать генсека как неуверенного в себе «сына крестьянина» или внука кулаков не входило в планы Политбюро. Имя «Виктор», возможно, оставило бы его историю слишком человечной, лишенной той монументальной тяжести, которая окружала любого главу государства. Легенда о Горбачеве должна была быть кристально чистой, а в ней, увы, места для настоящей биографии не нашлось.
Только с наступлением эпохи гласности, которую он сам же и запустил, завеса над прошлым начала приподниматься. Но ответ на вопрос «Кто вы, мистер Горбачев?» до сих пор разнится в зависимости от того, смотрите вы на советскую анкету или на метрику о рождении.