Любовь к пленэру и планёрам

Это открытие я осуществил уже самостоятельно, без участия ассистентов, в нашем Музее-клубе истории образования и духовной культуры (школа 2045 ЗелАО). Продолжая разбирать письма, пришедшие Владимиру Семёновичу Зотову, сотруднику Дома-музея К.Э. Циолковского, я обнаружил несколько открыток от Ариадны Арендт, славной представительницы рода врачей (вспоминаем Николая Фёдоровича Арендта - лейб-медика императоров, врача Пушкина и Лермонтова), скульптора, графика, человека ошарашивающей судьбы, победительницы её изломов и обвалов. И надо же: Ариадна Александровна родилась в июне 1906 г. в Симферополе, ровно 120 лет назад!! Её дед, Николай Андреевич Арендт (1833-1893), любимый ученик Н.И. Пирогова, вставший на пути чумы в Персии, знаток 14 языков, трудился 30 лет земским врачом и был основателем планеризма, парапланеризма в России, чуть ли не наследником легендарных Дедала и Икара, улетевших с Крита от свирепого и жадного царя Миноса на самодельных крыльях. Свои разработки Николай Андреевич отправлял даже Менделееву, однако ответа не получил. Официальные органы также не поняли и не приняли идей учёного. «Он написал несколько трудов на тему планеризма, среди них «Краткий очерк современного воздухоплавания», «О воздухоплавании, основанном на принципах парения птиц». Кроме этого, он ввел в широкое употребление термины «авиатор» и «авиация», заложил основы планирующего и парящего полета и изобрел безмоторный летающий аппарат», - рассказывает анонимный автор статьи «Вышитая жизнь Арендтов…». Вопреки препятствиям Николай Андреевич продолжал свои опыты, не дав крыльям сникнуть. И вот в одной из открыток Ариадны Александровны Владимиру Зотову от ноября 1977 года мы читаем: «Это совершенно увлечённая молодёжь, которая там (в Коктебеле. - А.С.) проходит школу дельтапланеризма, возрождая былую славу горы Клементьева, где начинали свои полёты многие планеристы (не дельта). Я в курсе всех дел, так как в наш дом приводит их руководитель знакомить со мной как с внучкой Н.А. Арендта, зачинателя планеризма. В следующем году должен выйти путеводитель по горе Клементьева и Музею планеризма, второго в мире, первый - в Америке, а второй - у нас в Планерском». Гора Клементьева (высота - около 270 м, протяжённость порядка 7 км) - родина русского планеризма - находится недалеко от Феодосии, её пронизывает 45 параллель, так называемая «золотая ось», она же - «середина планеты». Первые советские планерные полёты относятся к 1923 году, гора названа в честь лётчика Петра Клементьева, погибшего при испытании планера. Ариадна Арендт жила на два очага - в Коктебеле и на Масловке, городке художников близ станции метро «Динамо». Первой в роду она вступила на стезю художеств, окончила ВХУТЕИН (он же ранее - ВХУТЕМАС), ей преподавали В. Фаворский и В. Мухина, писала портреты, лепила, участвовала в выставках, занималась садово-парковой скульптурой, композициями из морской гальки и окаменелостей. Вышла замуж за серьёзного скульптора Меера Айзенштадта, родила сына Юрия. В 1938 (по другим данным - в 1936 году), спеша на работу, попала под трамвай, потеряла обе ноги, 10 дней находилась в коме. В детстве Ариадна (Аля) была сущим сорванцом; в одной из статей поведано: «Аля часто ходила в путешествия с Максом Волошиным. Как-то перед походом ее мать Софья Николаевна выразила беспокойство и не хотела ее отпускать из дому. Макс, успокаивая ее, сказал, что все предопределено свыше. А в конце добавил: "несчастье может произойти и на людной улице"». Увы, слова поэта оказались провидческими. Выкарабкалась, продолжала плавать, снимая протезы, воспитывала сына, с мужем рассталась. Со времён училища Ариадну любил скульптор Алексей Иванович Григорьев (1903-1986), уроженец пермской глубинки. Узнав о трудностях семьи (были потеряны и продкарточки), явился к Але, её маме и маленькому Юрочке, предложив помощь. Стали жить вместе. В 1948 году снова полыхнуло: мужа арестовали за участие в «антисоветском теософском подполье» по сути, за богословско-философский кружок. На Лубянке выбили зубы, но не признания. Приговор: 8 лет лагерей. Женщина без ног и с сыном на руках неистово боролась за мужа, рассекая волны рока своим высоким ахматовским лбом. В 1954 году Алексей вышел на свободу. Вскоре супруги построили дачу в Коктебеле и полетели в струях вдохновения, как пара планеристов, необыкновенная пара, как левитируют влюблённые на полотнах Шагала! В Крыму и в Москве супруги принимали друзей, предоставляя духовный кров тем, кто в нём нуждался, знакомили с мировоззрением Максимилиана Волошина, повлиявшим на философию жизни самой Ариадны: так, именно от Макса девушка впервые узнала о карме. «Любовь к Коктебелю досталась нам в наследство от Толи (Григорьева) с Балей (ещё одно наименование Ариадны. - А.С.), - утверждают ее внучки Наталья и Мария Арендт. – В коктебельской мастерской они работали вместе. Она набита их скульптурами весьма плотно и по сей день. Мне было 6 лет, когда появилось наше "великое поднавесье" - сцена, построенная по Толиным чертежам местными умельцами. Кстати, на ней и Анастасия Цветаева читала стихи Марины. Ежедневно нас посещали десять-пятнадцать человек. Это было похоже на выходы актеров, неожиданно выныривавших из зарослей зелени», - пишет анонимный сотрудник Дома-музея М. Волошина. Между прочим, в фондах нашего школьного музея есть переписанный рукой второй жены Максимилиана Волошина - Марией Степановной Заболоцкой (Волошиной) - текст стихотворения «Космос», с которым ознакомился К.Э. Циолковский. Вот такие истории выскакивают из ящичков с письмами, если в них хорошенько и с умом порыться! Аренд - в переводе с древнегерманского: «орёл». Александр Снегуров