Литературовед объяснил, почему Печорин — русский прототип Ганнибала Лектера

Дата памяти Михаила Лермонтова, который погиб на дуэли 15 (27 по новому стилю) июля 1841 года дает повод по новому взглянуть на его книги и героев.

Так, литературовед, кандидат филологических наук, наш постоянный собеседник Михаил Вольпе накануне трагической даты рассказал, что «Герой нашего времени» - первое произведение русской литературы, которое можно отнести к жанру «психологического хоррора». Звучит парадоксально? Да, но только до тех пор, пока не услышишь аргументы специалиста по литературе XIX и XX веков:

- Григорий Александрович Печорин – вовсе не «лишний человек», в чем нас убеждает вульгарно-социологическая критика (а вместе с ней и школа, - И.В.), заимствовавшая это определение у журналистов «натуральной школы» середины позапрошлого века. Умный, образованный, энергичный, Печорин как раз востребован обществом, но в силу особенностей характера осознанно творит зло и наслаждается им. При этом страдает и удручен, «что я в один прегадкий вечер имел несчастие родиться».

Фаддей Булгарин, благожелательная рецензия которого в «Северной пчеле» обеспечила успех первого издания романа, первоначально плохо раскупавшегося, справедливо отмечает: «В «Записках Печорина» открывается полный курс анатомии сердца человеческого и разоблачается холодный ум, который в иных людях заступает место души. Зрелище ужасное и поучительное!»

«Самоубийственное поведение персонажа, которому автор придал некоторые черты собственной личности, указывают на тяжелый внутренний разлад», - считает Михаил Вольпе, убежденный, что жанровой кульминацией такого литературного типажа является Ганнибал Лектер из «Молчания ягнят» - экранизированного романа американского писателя Томаса Харриса, где внешне нормальный, разумный человек внутренне оказывается душевнобольным маньяком.