Литва: геноцид евреев руками национальных героев
Они были почти гуманистами — литовские каратели из спецподразделения, расстрелявшего в лесу под городом Швенчионис в один день 3 450 человек.
"Что мы, звери, что ли, стрелять в ребенка на глазах у отца? Конечно, в родителей. Ребенок ведь ничего не понимает..." — ответил на вопрос следователя из НКВД один из палачей.
И на руках этого "гуманиста" была кровь по меньшей мере 115 человек…
Сами, все — сами…
Первая волна националистического террора вздыбилась в Литве на следующий день после вторжения гитлеровцев на территорию Советского Союза. Уже 23 июня 1941 года в Каунасе, который оставила Красная армия, но еще не вошла германская, начались сплошные еврейские погромы. По классической схеме: убивали еще мало и, как правило, стихийно, зато грабили, избивали, насиловали вволю.
Как написал потом польский журналист Казимеж Сакович, "это для немцев 300 евреев значат 300 врагов человечества, для литовцев — 300 пар обуви, 300 брюк". Так что этот начальный "гуманизм" по отношению к евреям был явственной материальной окраски.
Все это назвали "восстанием", во главе которого выступил так называемый "Литовский фронт активистов" (ЛФА). Основанный в Берлине в ноябре 1940 года ультраправым по убеждениям литовским послом в Германии Казисом Шкирпой, этот "фронт" загодя готовил восстание в тылу Красной армии в Литве. Календарное совпадение с завершением работы над планом "Барбаросса" тут вряд ли случайно: дальнейшие теснейшие контакты руководства ЛФА с германскими гестапо, абвером, имперским министерством оккупированных восточных территорий показывают, что "фронт" был создан в интересах германского нацизма. И активисты "фронта" явно имели достоверную информацию о грядущем нападении Германии на СССР.
Именно поэтому собственно террор в Литве начался уже 22 июня и не против евреев, но против советских военнослужащих и представителей власти. Боевики нападали на русских солдат, обстреливали отступающие подразделения Красной армии, убивали коммунистов и сторонников России. Однако в изданной немцами "Инструкции", которая ориентировала боевиков ЛФА на устроение диверсионных и подрывных действий в тылах Красной армии, значилось также и устранение евреев.
Впрочем, ответственность за начало геноцида евреев в Литве руководство ЛФА несет не только за такую инструкцию, но и политически: в 9:28 23 июня представитель "фронта" Ляонас Прапуолянис провозгласил декларацию о "восстановлении независимости Литвы и о создании временного правительства". Так что формально в эти первые дни войны власть была как раз у Временного правительства Литвы во главе с Юозасом Амбразявичусом. Кстати, оно же, а не немцы, создало первый в Литве концлагерь для евреев — еще 30 июня 1941 года. В руках историков имеется и соответствующий протокол заседания.
Геноцид массовый, одобряемый
Основная волна геноцида разлилась сначала по Каунасу, а затем по всей Литве со дня входа вермахта в прежнюю столицу республики. Убийства евреев приняли такой масштаб, что эти события почти сразу получили наименование "Каунасской резни".
Массовая бойня евреев началась 25 июня, когда в город вошел отряд айнзацгруппы "А" под командованием бригадефюрера СС Вальтера Шталеккера. За четыре дня было расстреляно около 4 тыс. человек.
Отряд Шталеккера стал "крышей" для организованных во вспомогательные полицейские формирования подразделений литовских националистов во главе с Альгирдасом Климайтисом. 28 июня 1941 года из них был создан 1-й литовский батальон — так называемый "Батальон защиты народного труда". На его совести — следующие массовые казни евреев, которые проходили в VII и IX фортах Каунасской крепости. В последнем 29 октября 1941 года было расстреляно 9 200 евреев. В том числе — 4 273 ребенка…
Это был не один карательный батальон, орудовавший на территории Литвы, а также соседней Белоруссии. Массовыми убийствами евреев и мирного населения других национальностей отметились также айнзацкоманда 3 айнзацгруппы "А", айнзацкоманда 9, мобильная команда оберштурмфюрера Иоахима Хамана, спецотряд "Ипатингас бури" и другие. Во всех из них литовцы не просто служили, а составляли большинство. В той же мобильной команде Хамана было всего одно отделение немцев и по меньше мере полсотни литовцев, которыми командовал литовский лейтенант.
В одной из публикаций приводится такая запись от 1 декабря 1941 года: "Акции в самом Каунасе… надо рассматривать, как парадные расстрелы". Как выглядели непарадные экзекуции в радостно встречавшей нацистов Литве, лучше не описывать. Хотя одно из описаний история сохранила. Согласно материалам допроса немецкого фотографа Вильгельма Гунзилиуса, который в составе 16-й армии в конце июня оказался в Каунасе и запечатлел на пленку одно из таких массовых убийств, выглядело оно так. "Один литовец лет шестнадцати держал в руках железный лом. Он вытаскивал людей по одному из толпы и убивал свою жертву одним либо несколькими ударами лома по затылку. Действуя таким образом, он в течение 45 минут лишил жизни около 45–50 человек, то есть всю группу. Я сделал снимки тел убитых. Убив всю группу, парень отложил лом в сторону, взял гармонь, взгромоздился на гору трупов и заиграл литовский национальный гимн".
Но больше всего немца поразило поведение толпы местных жителей при этом: "Поведение присутствовавших при сем гражданских лиц (женщины и дети) с трудом поддавалось осмыслению, так как всякий раз после того, как парень убивал ударом лома очередную жертву, они начинали петь и аплодировать"…
Геноцид системный
Каунасский погром был только началом массовой резни. Первое подходящее под признаки геноцида убийство было совершено 24 июня в городке Гаргждай на западе Литвы. Там по признаку расы и веры был расстрелян 201 еврей.
Исследователи делят этот геноцид на три этапа. Правда, этапность эту формулируют по-разному, но все сходятся в основном: первый этап (июнь — август/октябрь 1941 года) — погромы и массовые убийства; второй (август/ноябрь 1941 года — начало 1942 года) — массовое, часто поголовное уничтожение евреев целыми общинами и заключение оставшихся в гетто и лагеря; третий (1942–1944 годы) — менее масштабные, но периодические убийства, завершившиеся почти поголовным истреблением евреев.
Масштабность и массовость можно увидеть по следующим цифрам. Перед войной в Литве проживало от 225 тыс. до 265 тыс. евреев. Примерно десятая часть населения. После первого этапа геноцида в гетто и лагерях было сконцентрировано всего около 40 тыс. человек иудейского происхождения.
Согласно отчету командира айнзацкоманды 3 айнзацгруппы "A" штандартенфюрера СС Карла Егера (между прочим, интеллигент, сын дирижера и учителя музыкальной школы, учился в консерватории), только его подразделение и только за период с 2 июля по 25 ноября 1941 года уничтожило в ходе более 100 казней 136 421 еврея (46 403 мужчины, 55 556 женщин и 34 464 ребенка), 1 064 коммуниста, 653 умственно отсталых и 134 других. Егер так и писал в отчете: "Цель сделать Литву свободной от евреев может быть достигнута только путем создания мобильной команды с отборными людьми… обеспечить сотрудничество с соответствующими органами гражданский администрации".
Это его команда литовцев под руководством немцев расстреляла 29 октября 1941 года больше 9 тыс. человек в IX форте крепости в Каунасе. И тот самый оберштурмфюрер СС Хаман во главе литовских карателей служил под командованием Егера.
В целом данные различных комиссий дают следующие оценки числа жертв геноцида: от 200 тыс. до 206 тыс. человек, в том числе около 190 тыс. литовских евреев; остальные — беженцы из Польши, Австрии и Германии, а также 878 французских евреев, угодивших под молох слившихся в кровавом экстазе немецких и литовских нацистов.
Когда Литва в 1991 году устремилась к соитию с "демократическими народами Европы", такое пятно на истории стало сильно мешать репутации влюбленного в западные ценности народа, вырвавшегося, как там говорили, на волю. Запустить версию, что во всем виноваты эсэсовцы, не удалось: у евреев хорошая память, а немцы обычно все тщательно документируют, в том числе и роль литовцев в массовых расправах.
На двух стульях…
А главное — никуда не деть "Положение о статусе евреев", появившееся на свет ровно 85 лет назад, 1 августа 1941 года, усилиями того самого Временного правительства Литвы.
Не то чтобы там содержались прямые указания на геноцид, но антиеврейская позиция и политика там присутствуют явственно. А в нынешней Европе, при буквально очередью сыплющихся щелчках ее цивилизационного полураспада, одно остается неизменным: сугубое внимание к позиции как раз еврейской — ибо в Холокосте в той или иной мере поучаствовали почти все европейские нации. И теперь даже намека на отсутствие раскаяния по поводу уничтожения евреев там не допускается.
Это же не русские.
И новые власти Литвы завели песню о том, что литовцы, замешанные в расправах над евреями, — отдельный случай. И случился он от того, что эти люди сильно пострадали от советского режима и его страшного НКВД, который возглавляли евреи. Вот и сорвались несчастные, не удержали рвущееся наружу чувство мести. Например, тот парень, что ломиком дробил евреям головы, делал это, как поведали тому же Вильгельму Гунзилиусу сочувствующие палачу зрители, потому что его родители были расстреляны советскими чекистами.
Беда Литвы, однако, как раз в том, что главные национальные герои — те, что вырывали Литву из-под советской "оккупации", — как раз и отметились ранее участием в Холокосте литовских евреев. Например, ответственным по концлагерям был министр коммунального хозяйства Витаутас Ландсбергис-Жямкальнис. Он же 19 июля 1941 года подписал "акт о национализации еврейской собственности". А первый глава Литвы после ее выхода из СССР Витаутас Ландсбергис был его сыном. Один из лидеров ЛФА Юозас Лукши-Даумантас, после изгнания гитлеровцев из Литвы возглавивший формирование "лесных братьев" и актированный в 1951 году сотрудниками МГБ СССР, вообще объявлен в современной Литве "героем борьбы за независимость", хотя с энтузиазмом участвовал в убийствах каунасских евреев 23−25 июня 1941 года. Есть свидетельства, что Лукша лично отрезал голову раввину Залману Оссовскому и пообещал, что так же будет со всеми евреями. Еще один боевик ЛФА Йонас Норейка лично командовал расстрелом евреев в городе Плунге.
Впрочем, нет смысла называть их всех — ибо все без малого тогдашние "борцы" и "создатели" нынешнего литовского государства отметились сотрудничеством с нацистами и более или менее активным участием в геноциде евреев. Достаточно сказать, что из двухмиллионного населения Литвы немцы только вспомогательной полиции сформировали 22 батальона до 600 бойцов в каждом. И эти так называемые шуцманшафтбатальоны устраивали карательные акции не только на родине, но и в Белоруссии, и в Польше.
И именно поэтому нынешнее литовское государство не может отказаться от этих "героев". Ибо это означает отказаться от собственной государственной идентичности. Так, останки того же Юозаса Амбразявичуса, сбежавшего после войны в США, в 2012 году перезахоронили в Литве с воинскими почестями. Останки одного из вожаков "лесных братьев", также причастного к геноциду, Адольфаса Раманаускаса-Ванагаса также с почестями перезахоронили в Вильнюсе, а депутата городского собрания Клайпеды, осмелившегося напомнить о его преступлениях, лишили депутатских полномочий и оштрафовали. В честь создателя ЛФА Казиса Шкирпы была названа аллея в центре Вильнюса.
Так что факт остается фактом: под фундаментом нынешнего литовского государства лежат трупы сотен тысяч его граждан еврейской национальности, убитых теми, кто считается в Литве национальными героями.
Александр Цыганов, обозреватель Аналитического центра ТАСС