Советский Союз в своей внешней политике часто руководствовался простым принципом: враг моего врага — мой друг. Если африканский лидер громко заявлял о своей вражде к Америке и намерении строить «прогрессивное общество», он мог рассчитывать на поддержку Москвы, даже если под этой риторикой скрывалось нечто чудовищное. Так случилось и с Жан-Беделем Бокассой — одним из самых эксцентричных и кровавых диктаторов XX века, императором империи.