Рецензия на новый сборник рассказов Харуки Мураками «Мужчины без женщин»

Роковые женщины и странные мужчины в новеллах современного японского классика.
Рецензия на новый сборник рассказов Харуки Мураками «Мужчины без женщин»

Харуки Мураками — блестящий новеллист, его талант наиболее полно раскрывается именно в малой прозе. Вспомним хотя бы такие замечательные рассказы писателя, как «Молчание» или «Призраки Лексингтона». И новый сборник лишний раз подтверждает, что Мураками держит марку. Недавно мы опубликовали список лучших его новелл, написанных в разные годы, и в него в том числе вошли произведения из книги «Мужчины без женщин».

Попробуем разобраться по пунктам, почему этот сборник заслуживает нашего внимания.

Странные мужчины

Представители сильного пола в сборнике «Мужчины без женщин» в большинстве своем оказываются жертвами, и подчас не столько роковых женщин, сколько самих себя. Собственных привычек, страхов и предубеждений. Что и приводит их к одиночеству. Они сами создают тот мир, заложниками которого являются. И малейший сбой программы рушит все их устоявшееся мироустройство.

Как итог: ад одиночества.

Роковые женщины

Несмотря на свое название, отсылающее нас к одноименному сборнику рассказов Хемингуэя, образы представительниц прекрасного пола, доводящих мужчин до истощения (подчас в прямом смысле этого слова), нарисованы довольно ярко и подчас затмевают главных героев (будь то актер, играющий в «Дяде Ване» Чехова или пластический хирург, уморивший себя голодом).

Здесь Мураками отчасти продолжает традиции, заложенные в японской литературе в эпоху модерна. Писатели страны Восходящего Солнца очень любили образ la femme fatale (роковой женщины) и довольно часто к нему обращались.

Вспомним хотя бы такие яркие романы того времени, как «Портрет дамы с жемчугами» Кикути Кана или «Любовь глупца» Дзюнъитиро Танидзаки, не говоря уже про новеллы Акутагавы Рюноскэ. Но Мураками по-новому раскрывает казалось бы старые заезженные образы.

Все написано, но ничто не раскрыто до конца. И здесь мы переходим к следующему пункту.

Недосказанность

Он всегда оставляет читателю пространство для маневра. Недаром, его так часто сравнивают с Сэлинджером. Мы никогда не узнаем, что же стало с тем или иным героем, что на самом деле произошло в той или иной новелле, чем закончатся те или иные отношения. Мы вынуждены участвовать в акте сотворчества.

Мураками сделал недосказанность (даже своего рода мистическую загадочность) частью своего фирменного стиля. Мы читаем, например, его рассказ «Drive my car» и понимаем заранее, как он (не) закончиться. Нам приходится напрягать наши собственные извилины и гадать, что же случится после.

Вещизм

Еще один привет товарищу Сэлинджеру (а также сами знаете какому французскому философу). Вещи, вещи, вещи. Его персонажи сильно зависят от них. Один герой попытался было освободиться от всего материального, но к добру это не привело.

Привет классикам (и не только литературным)!

Мураками не был бы Мураками, если бы не включил в свой сборник очередную отсылку (а точнее — отсылки) к Кафке. Собственно, книга и начинается с постмодернисткого экзерсиса на тему новеллы «Превращение». Мы оказываемся в шкуре жука, превратившегося в Грегора Замзу.

Помимо Сэлинджера и Чехова, упомянутых выше, много отсылок к культовым рок-группам и музыкантам XX века. Крайне рекомендуется прослушать те композиции, на которые ссылается автор для создания соответствующей атмосферы.

Автор: Павел Соколов, главный редактор eksmo.ru

Источник: eksmo.ru

Комментарии
Комментарии